Глава 189 — Истребление Молнией

Хотя Хань Ли не понимал, как движения Фэн Юэ могли быть столь быстрыми, в его сердце начали зарождаться подозрения.

Но сейчас было не время разбираться; ему ничего не оставалось, кроме как достать талисман сокровища «Золотой Световой Кирпич». Он взмахнул материнским клинком «Клинок Роя Золотых Жук» в руке; все дочерние клинки вылетели, словно рой пчёл, превратившись в восемь золотых световых полос. Они с яростью устремились к Фэн Юэ, полагаясь на хаос, который создаст их многочисленность, чтобы одержать победу.

Если противник захотел бы отвести жёлтый луч для защиты, это было бы явно лучше; тогда он смог бы навязать ему затяжную равную борьбу, но Хань Ли не был уверен в этой мысли. Судя по столь широкой славе противника, его истинная сила наверняка не ограничивалась этим. Предыдущая атака, похоже, была направлена на то, чтобы разведать его.

Как и ожидалось, когда Фэн Юэ увидел летящие к нему золотые клинки Хань Ли, он ничуть не испугался.

Он несколько раз холодно рассмеялся, и предмет, который он только что достал, начал излучать свет — это был жёлтый волшебный инструмент в форме зонта.

Фэн Юэ на самом деле не заставил зонт покинуть его руку; вместо этого, когда увидел перед собой восемь золотых световых полос, он неторопливо раскрыл зонт. Появился сферический барьер из жёлтого света и сразу окутал всё тело Фэн Юэ. Когда золотые клинки ударили по шару света, они издали странные звуки «пи-пи-па-па» и легко отскочили обратно.

Это тоже был высококачественный защитный волшебный инструмент, и судя по его силе, он наверняка превосходил Летающий тёмножелезный щит Хань Ли.

Цвет лица Хань Ли резко изменился, став слегка бледным. Фэн Юэ начал безумно и громко смеяться, а на его лице было выражение восторга.

В этом не было ничего удивительного; с тех пор как он получил «Жёлтый Зонт», ему ни разу не удалось нанести урон ни одному культиватору нижних слоёв. Увидев испуганное лицо Хань Ли, он естественно чувствовал себя крайне беспечно в душе.

Фэн Юэ ценил этот зонт гораздо выше, чем талисман сокровища в форме ножа. Талисманы сокровищ можно было использовать лишь ограниченное время; когда их энергия иссякала, они становились бесполезными клочками бумаги. В то же время «Жёлтый Зонт» можно было использовать неограниченное число раз!

Хань Ли вздохнул и оборвал своё заклинание, указав одним пальцем, все золотые клинки были вызваны к нему и вернулись в исходную форму, оказавшись в его руке.

Фэн Юэ не знал, что Хань Ли собирался делать, но поскольку он всё ещё был защищён и чувствовал себя беспечно, он сосредоточил всё своё внимание на управлении жёлтым лучом.

Судя по защитной способности и диапазону, Летающий тёмножелезный щит, возможно, уступал «Жёлтому Зонту» гораздо сильнее; однако то, чего Фэн Юэ не знал, так это то, что в плане гибкости этот маленький щит наверняка был намного лучше большинства обычных защитных волшебных инструментов.

В конце концов, как бы Фэн Юэ ни яростно заставлял жёлтый луч двигаться и как бы чудесно он ни парил, всё было полностью заблокировано щитом снаружи. Именно тогда он понял: если не уничтожить этот щит до конца, у него не будет способа добраться до Хань Ли!

На его лице проявилось выражение злобы, и ему пришлось вернуться к старой тактике — медленно истощать железный щит жёлтым лучом ножа. Несмотря на то что чёрный свет, исходящий от щита, уже значительно ослаб, оставшегося света было достаточно, чтобы продержаться короткое время.

В это время Хань Ли, увидев, что победить ему не удаётся, стиснул зубы и принял мучительное решение.

Он вернул золотые клинки в мешок хранения и достал вместо них маленький сине-чёрный тыквенный сосуд. Он поднял сосуд высоко в воздух, и из него вылетело семь или восемь чёрных шаров; эти шары устремились к Фэн Юэ, лёгкие, как перо.

Фэн Юэ, естественно, замечал движения Хань Ли, и потому на мгновение оцепенел. Это было потому, что тыквенный волшебный инструмент был слишком обычен; все культиваторы нижних слоёв знали об этих дешёвых волшебных инструментах, и почти все прежде пробовали использовать подобные предметы.

Не имело значения, был ли сосуд для шаров тыквой, бутылкой или горшком; хотя вылетавшие из него шарики были заманчиво названы «Первозданными Жемчужинами», их сила по сравнению с волшебными инструментами высшего качества была просто слишком мала.

Но именно поэтому у Фэн Юэ в сердце зародились подозрения.

Он не стал ждать, пока шарики подойдут к нему; вместо этого он протянул руку и положил в ладонь талисман «Техники Ледяного Копья». Затем он поднял талисман, и тот сразу превратился в кристально чистое, ярко белоснежное ледяное копьё, которое он решительно бросил навстречу шарам.

С громким «пэн» ледяное копьё отбилось от трёх-четырёх из этих шаров и рассыпалось. Белые осколки льда рассеялись в воздухе, словно цветы, разбросанные небесными девами. Эти осколки льда превратились в небольшой градовый дождь — неожиданно красивый.

Увидев это, Фэн Юэ наконец начал расслабляться и снова сосредоточил внимание на самом Хань Ли. Это было потому, что в этот момент внезапно появилось синее знамя; на этом знамени был изображён синий дракон, обнаживший клыки и расправивший когти. Он выглядел невероятно реалистично, словно вот-вот выпрыгнет наружу.

Опыт Фэн Юэ был очень богат, и одним взглядом он понял, что это наверняка волшебный инструмент высшего качества; он не мог позволить себе недооценивать его силу!

В то же время Хань Ли управлял этим знаменем, и его поверхность начала накапливать сине-голубой духовный свет. Этот свет был очень ослепительным, и его сила была поистине немала.

Хотя Фэн Юэ полностью доверял своему Жёлтому Зонту, его осторожный и хитрый характер заставил его не моргая смотреть на это синее знамя, боясь, что этот волшебный инструмент обладает какой-то странной силой и сможет пробить его защиту.

Что же касается Первозданных Жемчужин, он давно понял, что они были приманками, предназначенными для того, чтобы отвлекать его внимание, и потому игнорировал их. Судя по жалкой разрушительной силе Первозданных Жемчужин, даже если бы они кружили вокруг «Жёлтого Зонта» целый день, им было бы невозможно хоть сколько-нибудь потревожить его защиту.

Однако Фэн Юэ становился всё более обеспокоенным и озадаченным после того, как увидел, что Хань Ли достаёт один высококачественный волшебный инструмент за другим.

Он предположил, что Хань Ли и та женщина с множеством сокровищ были из одной среды и что он был учеником какого-то эксперта. Его желание убить Хань Ли стало ещё более настойчивым.

Он боялся, что если противник сможет выжить, это принесёт ему бесконечные неприятности. Тем более что противник стал свидетелем всего процесса: как он убивал людей и отбирал их вещи. Если старший той женщины с множеством сокровищ придёт искать его, у него будет много хлопот.

Именно когда Фэн Юэ был привлечён «Синим Знаменем Потока Дракона» и его убийственная воля нарастала, те Первозданные Жемчужины подлетели перед ним и врезались в барьер, созданный «Жёлтым Зонтом». После того как они издали несколько серебристых звуков от ударов по барьеру, первые несколько жемчужин были легко отбиты наружу.

Когда Фэн Юэ услышал этот звук, он инстинктивно опустил голову, чтобы посмотреть.

«Опираться на эти Первозданные Жемчужины, чтобы атаковать меня, — слишком смело! Они даже не стоят упоминания; даже…»

«И? Почему эта такая маленькая; она ещё и синяя…»

Фэн Юэ только начал насмехаться, как обнаружил Первозданную Жемчужину, которая после отскока открыла внутри себя спрятанную синюю жемчужину. Она была лишь размером с пилюлю — гораздо меньше обычных Первозданных Жемчужин.

Фэн Юэ слегка вздрогнул, но прежде чем он успел что-нибудь придумать, синяя жемчужина уже ударила по шарообразному барьеру.

«Белый свет! Великолепный, ослепительный белый свет!»

Это был последний цвет, который Фэн Юэ когда-либо видел в этом мире. Его тело медленно повернулось, а потом он больше ничего не знал.

На глазах у Хань Ли, когда синяя жемчужина коснулась жёлтого света, она мгновенно взорвалась серебряным светом и превратилась в сферу шириной в несколько чжан. Она бесшумно окутала большую половину тела Фэн Юэ. После этого белый свет исчез без следа, открыв оцепенелое лицо Фэн Юэ — словно тот был готов сражаться ещё целый день.

Сердце Хань Ли упало, но прежде чем он успел двинуться, лёгкий ветерок дунул. Тело Фэн Юэ внезапно рассыпалось, как зёрна песка, и превратилось в пепел, который унесло ветром.

Остались лишь половинки двух маленьких ножек и пара обуви. Они стояли одиноко на земле, создавая невообразимо странную картину.

Когда Хань Ли увидел это, он не испугался. Он тут же опустился на землю и глубоко вдохнул, позволяя своему сердцу, которое застряло в горле, успокоиться.

Только после того как он применил свой главный смертельный приём — «Молниенесущее дитя Неба» — в сочетании со всей серией движений, предназначенных для маскировки, ему удалось полностью стереть Фэн Юэ с лица земли.

Но выражение лица Хань Ли отнюдь не было радостным — скорее в нём читались и самобичевание, и горький смех.

В этом не было ничего слишком удивительного: Испытание Кровью и Огнём вступило лишь во второй день, он уже использовал все свои волшебные сокровища, а также свою последнюю козырную карту, которую берег как крайний резерв. Как ему могло быть радостно?

Когда он думал об оставшихся трёх днях и о неизвестном количестве жестоких людей, которых он встретит, подобных Фэн Юэ, его сердце снова упало, хотя он только начал расслабляться.

Однако, если бы он не применил «Молниенесущее дитя Неба», ему наверняка было бы трудно сбежать: Летающий тёмножелезный щит достиг предела прочности. Кроме того, учитывая высококачественные волшебные инструменты противника и женщину с множеством сокровищ, можно было сказать, что он не понёс потерь; нет, точнее будет — он сорвал куш!

Хань Ли начал лучше относиться к своему положению, и его лицо ожило; он поспешно посмотрел на противоположную сторону. Но стоило его взгляду упасть на место происшествия, как рот Хань Ли широко раскрылся, и он надолго лишился дара речи!